Всеволод
Емелин
Динозавры
из стали.
Вести
пришли
хорошие,
Что
9-го мая
Проедет
по Красной
площади
Техника
боевая.
Помню,
малая детка
Вставал
я на ранней
заре
И
шел с папой
смотреть на
технику
В
мае и ноябре.
Ехали
трубы
длинные,
Отец
объяснял –
ракеты.
Десантники
были в малиновых,
А
еще не в
синих
беретах.
Динозавры
из стали,
Помню,
под марши
бравурные,
Как
они
скрежетали
У
метро «Парк
Культуры».
Здравствуй
броня
горячая,
Сладкий
запах
солярки.
Каждый
нормальный
мальчик
Должен
смотреть на
танки.
Чтобы
сквозь
серость
буден
Он
в сердце
своем пронес
Фаллосы
их орудий
Тестикулы
колес.
Мы
на броню
присядем,
Мы
отхлебнем из
фляги,
Эх,
прокати нас
дядя
До
Берлина и
Праги.
Я
вдыхал этот
запах,
Я
любовался
ими,
Я
ходит туда с
папой,
Я
ходил туда с
сыном.
Но
дальше
каким-то
сукам
Стало
зачем-то
надо,
Чтобы
ходил я с
внуком
Только
на гей -
парады.
Плакали
люди русские
Когда
по воле
Лужкова
Начались
на
Васильевском
спуске
Вместо
парадов шоу.
Козлами
по сцене
запрыгали
Геи
и лесбиянки.
Но
чем глазеть
на пидоров,
Лучше
смотреть на
танки.
Чем
куковать у
параши,
Лучше
быть
офицером,
Лучше
шагать под
марши,
Чем
плясать под
фанеру.
И
вот снова
машины
быстрые
В
нерушимом
порядке
Пойдут,
высекая искры,
По
гранитной
брусчатке.
Пойдут
могучие
«Грады»
«Смерчи»
и «Тополя».
От
грохота
наших
парадов
Содрогнется
земля
Иверские
ворота
Раскроются
словно двери,
И
выедет
мотопехота
К
людям на
БТРе.
Люди
мотопехоте
Поднесут
хлеб – соль с
полотенцем,
И
настанет в
России
оттепель
На
радость
интеллигенции.
P.S. И
выбьют пусть
на базальте,
Накрывшим мои
останки,
«Русский
стихослагатель
Пел
про русские
танки».
Мементо море.
(Осенняя
лирика 2008-го
года).
Не
отпускают
Бахтину на
УДО,
За
окнами
холодно,
ветрено,
сыро.
А
мы все сидим
не то в
ожидании Годо,
Не
то сообщения
о смерти
товарища Ким Чен Ира.
Вы
верите в
добрые
чувства?
Очкастые
важные дяди.
Никого
они не
отпустят,
Но
многих еще
посадят.
А
сколько раз
нам говорили,
Мол,
совершенно
ясно,
Что,
типа, уже в
могиле
Комерада наш Фидель
Кастро?
А
он до сих пор
живет
Назло
империалистам.
А
я ведь
родился в тот
год,
Когда
они свергли
Батисту.
На
счастье или
беду
К
недостижимой
цели
Полвека
по жизни иду
Я
в одной
шеренге с Фиделем.
Сколько
стихов
прочитал
Я
в поддержку
Чили и Кубы,
Сколько
ковров
заблевал
Я ихним
«Гавана
Клубом».
Да
раньше я
склею ласты
Под
яростный
крик вороний,
А
Ким Чен
Ир и Кастро
Нас
всех еще
похоронят.
Не
колокол
языкастый
По
мне
прозвенит, а
бубенчик.
Обрадуются
педерасты -
Одним
гомофобом
меньше.
Солидные
люди скажут:
«Издох
Лузер и
неудачник.
Злобный,
завистливый
лох,
Собаке
и смерть
собачья».
В
каком-то
давно
забытом году
Все
уже это было
И
здорово
напоминает пизду.
Разрытая
свеже
могила.
Воткнут
по краям из
пластмассы
цветы,
И,
может быть,
пару
слезинок
У
ямы неровной
вдруг
выронишь ты
На
чавкающий
суглинок…